Медитация — отнюдь не средство против мыслей. Медитация — это выход в запредельное, за пределы мыслей. В медитации ты обнажён, и Бог может видеть тебя таким, каков ты есть — без одежд, без маски, словно ты малое дитя. Это и есть великие минуты жизни — любовь начинает литься на тебя откуда-то свыше, ты становишься Божьим любимцем. Но ты должен заслужить это, ты должен стать достойным этого.
Бог приходит через медитацию. Медитация готовит тебя к Его любви. Бог всегда готов излить на нас любовь, но мы не готовы её получить, мы недостаточно пусты, чтобы наполниться ею. Мы заполнены всяким вздором; нас наполняют мысли, желания, воспоминания, мечты, внутри нас нет пространства. Пространство должно быть создано. В этом и состоит искусство медитации — создать внутреннее пространство.
(с) Ошо «Утренние и вечерние медитации», изд-во «София», 2010, с.321
Любовь — единственный путь к победе. Это кажется странным, потому что первое требование любви — капитуляция. Любовь — это победа благодаря капитуляции, и в этом её красота. Любовь не агрессивна, она покоряет покорностью.
Победить Бога хотят глупцы. И они терпятпоражение. Мудрые люди покоряются Богу, они приглашают Бога, чтобы Он покорил их. Ты не сможешь овладетьБогом, но ты можешь покориться Богу и позволить Ему овладеть тобой. Это и есть любовь: если ты любишь, ты должен позволить себя покорить.
Любовь — не собственник, она желает лишь одного — покориться, она отдаётся полностью.
(с) Ошо «Утренние и вечерние медитации», изд-во «София», 2010, с.320
Будь радостным — только так можно быть религиозным. Быть грустным — значит быть грешником, быть радостным — значит быть святым.
Если ты можешь смеяться от всего сердца, твоя жизньстанет святой. Чистосердечный смех — это нечто уникальное. Ничто не сможет сделать твою жизнь столь святой, как чистосердечный смех. Смейся так, чтобы смеялась каждая клеточка твоего тела, чтобы тело было пронизано смехом от макушки до пят. Пусть смех проникнет в самые потаённые уголки твоего существа. И ты изумишься: смеясь, ты придёшь к бытию быстрее, чем если бы ты молился.
(с) Ошо «Утренние и вечерние медитации», изд-во «София», 2010, с.313
Ребёнок открыт и восприимчив. Вот почему дети — блаженны. Погляди в их безмолвные глаза, ощути их неуёмную радость. Каждый ребёнок знает, как обрести блаженство, но потом забывает об этом. Он взрослеет и забывает, или же мы заставляем его забыть.
Это нужно вспомнить, этому нужно научиться вновь. Тебе придётся освоить искусство быть открытым. Тогда ничто не будет упущено, ничто не окажется незавершённым. Открывшись бытию, ты будешь жить в совершенном мире.
Стань любовником бытия, и тебе не понадобятся никакие священные писания. Ты будешь читать притчикамней, ибо вселенная и есть величайшая Божественная книга. На всём стоит подпись бытия, за исключением религий, которые созданы человеком.
(с) Ошо «Утренние и вечерние медитации», изд-во «София», 2010, с.312
То, о чём говорил Христос, было Его опытом; то, о чём говорит христианин, является его верой. Расстояние между опытом и верой огромное — их не соединить никаким мостом.
Если ты хочешь познать истину, не будь верующим. Нет, я не говорю «будь неверующим», потому что неверие — всего лишь негативная вера, антивера…
Я же пытаюсь дать тебе свободу от веры как таковой — и от позитивной, и от негативной, чтобы ты мог искать истину самостоятельно.
Истина доступна тебе, так же как и Иисусу, Будде и Кришне. У истины нет хозяина, она открыта для каждого. Ты должен познавать её, ты должен углубляться в неё. Не верь в истину, познавай её, открывай ей свой ум.Вера, наоборот, закрывает тебя. Ты живёшь с представлениями, навязанными извне, с совершенно случайными представлениями.
Если тебя воспитывают индуисты, ты становишься индуистом; если тебя воспитывают мусульмане, становишься мусульманином. Вопрос веры — это вопрос воспитания. Твоя вера зависит от условий — от твоих воспитателей, от того, где ты родился по воле случая. Твои воспитатели программируют твой ум, их ум запрограммировали их воспитатели и так далее.
Вырвись из этих условий, стань свободным, тогда ты сможешь искать, сможешь постигать. Главное условие поиска — отбросить всё, чему тебя научили, и начать познавать самому.
Как только ты начал познавать сам, ты становишься Христом, ты становишься Буддой — в этом особая красота. Христос — прекрасен, но христианин безобразен.
(с) Ошо «Утренние и вечерние медитации», изд-во «София», 2010, с.312
Помни: человек, когда он приходит в мир, подобен чистому холсту. Бог не программирует тебя — ты не запрограммирован. Судьбы не существует, судьбу придумали трусы, которые боятся менять свою жизнь, которые из-за лени и нерешительности не хотят рисковать.
Трусы возлагают всю ответственность на Бога, они называют это судьбой, фатумом, кармой, дают этому тысячу разных названий; но цель у них всё равно одна — уйти от ответственности. Ты должен сказать: «За свою жизнь отвечаю я сам. Каким бы я ни был сейчас, это я создал себя таким. И это я создам себя таким, каким я хочу быть завтра. Я создаю своё сейчас, с прошлым уже ничего не сделаешь, что толку заботиться о нём? Но сейчас для меня открыто, и из этого сейчас возникнут все мои будущие завтра«. Если ты бдителен, любой толчок может изменить твою дальнейшую жизнь.
Мы несём полную ответственность за то, какие мы есть. С этим мы должны согласиться. Поначалу тебе становится неприятно от этой мысли, твоё эго задето: «Неужели я сам отвечаю за всё, что я сделал? Неужели всё это натворил именно я?» Да, эго задето, но зато теперь мы можем начать новую жизнь. Всего несколько новых штрихов на полотне, и хмурое лицо расплывается в улыбке.
Всё, что нам предстоит сделать, мы должны делать сегодня: вчера уже нет, а завтра ещё не пришло. Нам открыто лишь сегодня, и этого сегодня вполне достаточно.
(с) Ошо «Утренние и вечерние медитации», изд-во «София», 2010, с.341
Это как если бы ты умер и был воскрешён — ты воскресаешь в своём теле, пребывая во вселенском сознании, оставаясь частью бесконечности. Тело перестаёт быть тюрьмой. Это — высшее состояние сознания, которое на Востоке называютнирваной. Это — высшая свобода. Пока ты не воскрес, ты не можешь быть свободным. Твоё тело — ограничено, ты безграничен. Твоя безграничность заключена в ограниченное телесное пространство, в этот маленький мир тела. Вот почему возникает напряжённость, подспудное недовольство — ты всё время чувствуешь себя несвободным, скованным по рукам и ногам.
Возможно, ты этого не осознавал, однако глубоко, в подсознании, всё равно чувствовал: что-то не так. Это «нетак»обусловлено тем, что ты, безграничный, вынужден быть заключённым в ограниченном теле.
Осознание освобождает тебя от гнёта тела. И в тот миг, когда ты осознаешь, что ты — не тело, исчезают желания, которые нельзя удовлетворить иначе чем телесно. Это всё равно что внести горящий светильник в тёмную комнату — тьма исчезает. Осознание — свет, желания — не что иное, как тьма. Свобода — нектар.
(с) Ошо «Утренние и вечерние медитации, изд-во «София», 2010, с.340
«Есть игра — осторожно войти», найти в электричке местечко, удобное для просмотра девиц, и не только, и не взорами, нет, взоры здесь дело хоть и не последнее, но и не первое, а флюидами астрального своего двойника, не стесняемого матерьяльными границами телесной оболочки, облекать девичьи, и не только, думы, убаюкивать их нежность и одаривать надеждой, фантастической надеждой на предельное ублажение чаяний, лелеемых в укромных закоулках, хитроумно замаскированных сердцем от грубых поползновений торопливой жизни, и ваще…
Езда, особливо долгая, в общественном, особливо не слишком заполненном, транспорте есть невольное отстранение от сложных системных ниточек, по приказу которых и вершится-движется этот наш марионеточный трагифарс, такое отстранение, когда зачумленный человек оказывается вдруг не у дел и без присмотра цензоров упёртых, и что ему, человечку сему, прикажете при этом делать, как не оком косить непонятным на каких-то, дорожною качкой баюкающихся, человеков иных, да и что это за человеки, куда и зачем они едут, они забывают местами про это, и тогда они счастливчики, тогда славные, милые, родные вы мои содорожники…
Один успешный молодой человек ехал в машине последней модели и радовался жизни, когда ощутил удар о дверцу своей любимой игрушки. Он тут же затормозил, выскочил из салона и увидел, что брошенный кем-то камень сильно оцарапал его новенькое авто. Не тратя времени, он вскочил в машину и развернул её на сто восемьдесят градусов, решив вернуться и найти место, откуда был брошен камень. Мужчина был в бешенстве. Снова выскочив из машины, он бросился к мальчику, который оказался явным виновником происшествия, схватил его за худенькие плечи, толкнул к капоту и заорал:
— Ты что наделал, придурок? Ты соображаешь, что натворил? Это новая машина, и камень, который ты бросил, очень дорого тебе обойдётся! Зачем ты это сделал?
— Пожалуйста, простите, господин! Пожалуйста! Я не знал, что делать! Я бросил камень потому, что никто не останавливался! — Слёзы текли по щекам мальчика, он указывал рукой куда-то в сторону. — Там мой брат! Он выпал из своей инвалидной коляски, а я не могу его поднять… он много весит, я слишком маленький. Я хотел попросить помощи!
Всхлипнув, он спросил у опешившего владельца машины:
— Вы не могли бы помочь мне посадить его в коляску? Пожалуйста. Он сильно ударился…
Тронутый до глубины души, молодой человек поднял подростка-инвалида с земли, усадил в коляску, вытащил свой шёлковый платок и постарался промокнуть им ранки и ссадины упавшего бедняги, отряхнул с него пыль и, когда убедился, что всё более или менее в порядке, взглянул на мальчишку, бросившего камень в его дорогую машину. Тот благодарно улыбнулся и радостно воскликнул:
— Большое вам спасибо!
После этого мальчуган, с трудом толкая перед собой коляску, двинулся по направлению к очень скромному домику.
А владелец новенького авто так в итоге и не стал чинить поцарапанную дверцу, дабы всегда помнить о том, что нельзя так бездумно нестись по жизни, чтобы другим пришлось бросать камни, лишь бы привлечь к себе твоё зацикленное на самом себе внимание.
Иногда нам достаточно шёпота, чтобы сердце и душа отозвались на нужду близких. Но иногда для этого в нас должны попасть камнем. Так стоит ли обижаться, если в тебя попал камень? Может, это значит, что ты просто кому-то нужен?
Езжу на работу электричкой — три часа туда, три часа обратно: за окном родное запустение, родимые свалки и жухлые поля…
Ржавые железяки, останки социалистических тракторов-грузовиков… Избушки-развалюшки, гнилые сараюшки… Куцые клочки любовно разграбленной земельки — под предстоящий засев родимой картохи: ах, картошечка, — помимо хлебушка, нет главнее нынче харча, ещё обороняющего народец наш от последнего желудочно-кишечного упадка. Спасибо Христофору, что не токмо картохой сподобил наши палестины, но и куревом ублажил заскучавшие в сирых и серых просторах сердца.
И всё-то у нас заграничное — и картошка, и курево, и чай — он ведь тоже откуда-нибудь не от нас завезён, из иноземной ли Грузии, аль жёлтого Китая, аль Индии диковинной, аль ещё откудова…
Захаваешь картохи, запьёшь её чайком, замастыришь цыганистую цыгарку, воздыхнёшь пространно, и думы разночинные закурчавятся вкруг башки осовелой тёплыми волнистыми облаками — Дао, это Дао, сплошное нашенское Дао…
