Ещё не умер ты, но ты совсем один   (ни друга, ни подруги, ни среды)   и наслаждаешься безумием равнин   вне суеты, природы посреди.     В терпимой бедности, в уютной нищете,   с народом-нищебродом заодно,   ты воспеваешь дни и ночи те,   когда рождается то самое, оно,     исполненное воли и чудес,   неустрашимых красок и причуд,   искусство сочетания словес   и соль его — то самое «чуть-чуть«…