Июнь 17

Естествослов-II. 8.Земля — НОВАЯ ЖИЗНЬ

alopuhin

Жила-была себе заскорузлая деревянная табуретка, стояла себе в голом и диком поле, давно уже стояла, и устала уже стоять Дождь её заливал, снег её засыпал, ветер её обдувал, солнце её обжигало… Грызли её жучки, червячки и полевые мыши, клевали глупые птицы… Постарела она, потрескалась и за годы героического стояния ушла уже в землю по самое по сидалище. А жирная и сочная земля нежно и методично всасывала усталую табуретку в своё бездонное всеядное нутро и уже готова была её поглотить и переварить, как поглотила и переварила она всё, что в неё ни попадало за многие-многие годы, за века и тысячелетия, когда она без устали должна была завершать нелёгкую работу своей бессмертной матушки Смерти, втайне от которой ей вдобавок приходилось ещё помогать своей внебрачной дочурке по имени Жизнь

                                                                                                                                                                    19.10.96 (00-55)

Апрель 21

Das Ordnung

кузнечик
alopuhin

Но с детства методично и с успехом вдолбленный в нас Ordnung, который заведомо предопределяет большую часть наших долженствований и условных рефлексов, принуждает нас тем самым видеть и замечать только то, что угодно ему, хотя он, этот слившийся с нами до полной своей неразличимости Ordnung, нам как будто давно уже и не мешает представлять, словно мы проживаем (прожигаем) эту жизнь по своему собственному, вроде бы достаточно ответственному, разумению, а не под его железную диктовку

Чаще всего мы видим — замечаем — лишь то, что полагается и привычней, желательней всего видеть и замечать в данных обстоятельствах прилично воспитанному человеку.

А когда мы наконец устаём безотчётно бояться увидеть то, что видеть не полагается (т.е. начинаем отдавать себе отчёт в этом страхе), мы зачастую начинаем бояться ещё утончённей и скрытней — так наше подсознание пытается нас перехитрить, чтобы сохранить нам наши уютно и крепко-накрепко угнездившиеся в нас привычки.